Игрок

В фильме "На игре" Павел Санаев выступает как режиссер и автор сценария.

Примечательно, что на лучшее название картины был объявлен конкурс в Интернете, первоначально она называлась "Геймеры". Самый удачный вариант, созвучный "На игле" — фильму Дэнни Бойла, — придумал парень из Екатеринбурга. В прокате картина, точнее, ее первая часть, с 26 ноября. Вторая выйдет в феврале. А с 3 декабря в кинотеатрах появится картина режиссера Сергея Снежкина по нашумевшей книге Санаева "Похороните меня за плинтусом". Павел Санаев — собеседник «РГ».

Порог Жестокости

Российская газета: Первый показ фильма «На игре» для журналистов состоялся как раз в тот день, когда отмечалась громкая дата — 80 лет со дня рождения вашего отчима Ролана Быкова. Это вы специально так задумали?

Павел Санаев: Нет, это случайное совпадение. Если фильм получится удачным, будет подарок.

РГ: По каждому телеканалу, во многих театрах и кинотеатрах вспоминали Ролана Быкова. Как его в эти дни вспоминаете вы?

Санаев: В связи с тем, что готовилось много передач и документальных фильмов, у меня брали много интервью по поводу Ролана Антоновича. Я сразу просил не задавать мне никаких вопросов на тему, как он меня воспитывал и тому подобных. Потому что я сегодня уже с трудом воспринимаю его как сын приемного отца — много времени прошло. Поэтому я старался говорить о его творчестве и оценивать то, что он сделал.

РГ: Что вам у него больше всего нравится?

Санаев: Я бы выделил три его работы — «Чучело», «Айболит-66» и 10-минутный короткометражный фильм «Люба», который почти никто не видел. Он был снят для детского проекта ЮНЕСКО: короткометражные фильмы снимали лучшие режиссеры мира, и работа Ролана Быкова была самой выдающейся. Получается, что эта короткометражка стала его последним игровым фильмом.

РГ: «На игре» — это первая ваша картина, которую я посмотрела. Смотрела ее и думала про фильм «Чучело». Можете на меня обижаться, но у Ролана Антоновича сквозь весь фильм проходит доброта, в вашем — много жестокости.

Санаев: Это совсем разные фильмы. «Чучело» — реалистичная драматическая история, а «На игре» — жанровый боевик.

РГ: Как считаете, Быков снимал бы сегодня фильмы, подобные вашему?

Санаев: Конечно нет. Ролан Антонович любил жанровое кино, но сам склонялся к комедиям — взять, к примеру, «Семь нянек» или «Пропало лето». Боевик он не стал бы снимать в принципе. А мне это было интересно — я вырос на «Терминаторе» и «Командо», а первым фильмом, от которого я восторженно открыл рот, был «Рэмбо — первая кровь». Вы говорите, в фильме «На игре» много жестокости… У сегодняшней молодежи порог восприятия экранной жестокости совершенно другой. А мы в своем фильме показываем героев, которые перешагнули некую грань.

Три часа в кинотеатре?

РГ: Павел, меня окончание вашего фильма вывело из состояния равновесия, а попросту говоря — взбесило. Объясню. В музыке произведения заканчиваются на устойчивой ноте. Американские картины в большинстве своем — тоже. Вот чего я не принимаю в отечественном кино, в частности в вашем, — того, что меня оставили в неустойчивом состоянии. То же самое вы сделали со всеми зрителями до февраля, когда выйдет вторая часть фильма. Почему наше кино позволяет себе так играть с чувствами, с восприятием — люди привыкли к героям, прикипели к ним. Зритель выходит в полном раздрае. Вы специально этого хотели?

Санаев: Главное, что вы только что сказали — «люди прикипели к героям». Это самый большой комплимент. Я считаю, что главное достоинство нашего фильма — герои, которым сопереживаешь и за судьбой которых интересно следить. Что касается двух частей, возьмите «Убить Билла» Тарантино, там тоже после первого фильма месть не закончилась. Если бы после первых показов плохо было большинству зрителей, мы подумали бы, как соединить две части в один большой фильм. Не уверен, правда, что многие отважились бы высидеть три часа в кинотеатре.

Сусанна Альперина