Екатерина Порубель: «Серафима» познакомила меня с мужем"

На первом канале идет повторный показ сериала "Серафима Прекрасная".

Молодую и талантливую актрису Екатерину Порубель из сериала «Серафима Прекрасная» (Первый канал) в одночасье полюбили зрители. О съемках в фильме, мечтах и личной жизни – в эксклюзивном интервью «Вокруг ТВ».  

– Катя, каковы истоки вашей фамилии?

Екатерина Порубель: Подождите минутку, сейчас у бабушки спрошу, – говорит актриса, и после паузы продолжает:  – От родственников казацких. Мы родом из Кубани, где жили прабабушка и прадедушка и носили фамилию Порубенко, но кто-то из последующих поколений переделал ее на Порубель, чтобы звучала «покрасивше». По-моему, получилось неплохо:  такая хлесткая, запоминающаяся фамилия. 

– Какие черты Серафимы близки вам?

Екатерина Порубель: Я мягче, чем она, не могу идти напролом, тем более добиваться любви всеми способами, как это делает Сима.  Но упертость  и у меня есть, а еще нас с героиней роднит отношение к детям, домашность, понимание того, что такое семья.

– А за что бы вы ее осудили?

Екатерина Порубель: Осуждать не могу и не буду, но никогда бы не поступила, как Серафима, которая предложила мужу компромисс: выходные проводить с Ирой – героиней Елены Захаровой, а будни – с ней. А Иру, как и Сима, я тоже бы простила.

– Сериал прошел с высокими рейтингами, если будет продолжение, сыграете?

Екатерина Порубель: С удовольствием, это была чрезвычайно интересная для меня работа.

– А как вас утвердили на главную роль?

Екатерина Порубель: Позвонили и пригласили на кастинг. Прихожу,  передо мной режиссер Карина Фолиянц, говорит: «Вы у меня снимались, помните?». Я растерялась, потому что понимаю, что вижу ее в первый раз. «Нет, – отвечаю, – может, вы меня с кем-нибудь путаете?». Стою и не знаю, что делать. Оказалось, в начале 2002 года я снималась в ее фильме «Амаполе». Я тогда еще училась на втором курсе, и фильмов в то время почти у нас  не снимали. Это было первое мое появление на съемочной площадке, роль  у меня совсем  крохотная  была – эпизод без слов.  Вот почему в память и не врезалось. А Карина меня запомнила,  пригласила, сделала пробы и… утвердила в «Серафиму Прекрасную». На подготовку к роли – меньше месяца. Страшно! Прочитала сценарий и поняла – не знаю, как это играть. Обычно играла  характерных девиц, которые маленько с приветом. А тут – серьезная роль, драматическая… Карина помогла: «Твоя героиня, – говорит, – женщина-скала, и разговаривает она степенно». Я про себя думаю: «Боже мой! Как я буду это делать?!». Не знаю, как  у меня это получалось, но все выходило само по себе. Было комфортно существовать на площадке. К тому, что написала Карина, я добавила своей легкости. Так что процесс «сживания» с Симой пошел. К тому же когда есть такой большой материал и ты в этом варишься каждый день, «обрастаешь мясом» и понимаешь, что делать.

– Вы родились в Москве, а героиня – простая деревенская девушка.  Ужасы и прелести деревенской жизни во время съемок ощутили на себе?

Екатерина Порубель: Я абсолютно не деревенский человек. Никогда бы не смогла там жить – нет динамики, я избалованный городской жизнью человек. Разок подоить корову можно, пожить несколько дней в деревне даже  интересно – зверушки всякие ходят… А потом становится скучно.

В доме, в котором снимали сериал, мы не жили. Так что с удобствами на дворе и другими прелестями деревенской жизни не сталкивалась. Приехала на съемки с маленьким сыном Саввой,

с сестрой и ее ребенком. Жили в арендованной квартире. Пока я работала, сестра присматривала за сынишкой. Все три месяца он был со мной. Съемочных дней было много, но когда выпадало свободное время, я, конечно, проводила его с Саввой. Вообще, вспоминаю эти съемки как рай. Атмосфера на площадке была прекрасная, домашняя. Все эти три месяца группа жила одной семьей.

У меня была любимая работа, семья под боком, и меня не касались никакие бытовые проблемы – не надо было убирать в квартире, мыть посуду, готовить еду… Все делала сестра.

– А сами готовить любите?

Екатерина Порубель: Не очень. Я не из тех женщин, у которых 250 коронных блюд, и они хотят поразить ими. У меня все попроще, но со временем, может, и я такой стану.

– Что доставило наибольшую сложность во время съемок? Может, сцены с лошадьми? Кстати, вы с ними до съемок сталкивались?

Екатерина Порубель: Нет, никогда. Было интересно. В первый день, когда приехали на конноспортивную базу недалеко от Феодосии, меня подсадили на лошадь, чуть-чуть покатали…

Ездила на ней даже рысью и не боялась упасть.  Потом целую неделю ходила за режиссером и говорила: «Моя Серафима ведь коней разводит, сделайте какие-то планы, где я на лошади. Что за безобразие, что у вас за кино!» На меня все махали руками и твердили: «Ты сломаешь себе шею и не сможешь сниматься». Но в итоге я все-таки  уговорила Карину, в сериале есть эпизод, где я на лошадке.

– Серафима в фильме – и это подчеркивается – дурнушка. А вы красивая русская женщина. Как портили ваш внешний вид?

Екатерина Порубель: Пробор делали, он всегда простит лицо. Макияжа практически никакого не было – это тоже женщин не украшает. Невыщипанные брови...  Невзрачная одежда, сапоги – и получается вот такая деревенская женщина. Хотя в старых ботиночках, платьях в горошек и колготочках мне было крайне комфортно. В Интернете целая дискуссия разгорелась по поводу гардероба Серафимы. Возмущались: «Как она двадцать лет ходит в одном и том же!». Отвечаю. Во-первых, она живет в деревне, поэтому особо не заморачивается на своем внешнем виде. А к тому же  у нее есть планы, цели, для реализации которых нужны деньги.

– В детстве какой были?

Екатерина Порубель: Совсем маленькой себя, конечно, не помню, а в среднем возрасте была скромным, гиперспокойным ребенком. В каком-то не очень разумном детстве мечтала быть проводницей, чтобы ездить все время на поезде и чай разносить пассажирам. Закончила школу с двумя тройками – по геометрии и физике. Что-то математическое – не для моих мозгов, а гуманитарное – почитать – это святое дело! Может, на школьных учителей не везло, потому что, когда училась в Щепкинском, кроме пятерок ничего не получала. Там мне уже все было интересно. А в школе такого азарта не было, школу я не любила.

– А с чего вдруг актерство? Ведь родители далеки от этой профессии.

Екатерина Порубель: Да, они – физики, занимаются тем, что я не любила. И когда они пытались мне что-то объяснять по этому предмету, у меня пропадала всякое желание понимать. А актерство, наверное, с театральной школы, в которой занималась с пятого класса.

– Свою первую роль там помните?

Екатерина Порубель: Конечно! Слоненок из сказки Давида Самойлова «Слоненок пошел учиться». Кстати, это была главная роль, и я этим очень гордилась.

– Как отреагировали родители, когда узнали, что собираетесь поступать в Щепку?

Екатерина Порубель: Никто не ожидал, что я поступлю, а когда меня приняли, родители обрадовались, им было приятно, что их ребенок в театральном училище учится. При поступлении читала монолог Липочки из пьесы Александра Островского «Свои люди – сочтемся», повесть Гоголя «Ночь перед Рождеством». Еще меня попросили прочитать что-то, что выражало бы сильную женскую натуру. Повесть «Воительница» Лескова стала решающей – меня приняли. Училась на курсе Виктора Ивановича Коршунова, который потом меня и порекомендовал в Малый театр.

– Если после успешной работы в «Серафиме Прекрасной» на вас посыплется град предложений от кинорежиссеров, что выберите – кино или театр?

– Постараюсь совмещать. Если честно, я не настолько задействована пока в своем театре, что мое отсутствие ударит по репертуару. У нас в труппе несколько составов, есть замены. К тому же наш худрук Юрий Соломин лоялен к съемкам и всегда отпускает актеров.

– На съемках сериала вы встретили свою любовь. Чем привлек будущий супруг?

Екатерина Порубель: Даже не знаю, что ответить. Как-то само собой получилось. Не скажу, что это была любовь с первого взгляда.  На съемках у нас у всех были хорошие отношения.  Когда люди работают командой каждый день, варятся в одной каше – это сильно сближает.  А у Фолиянц была команда – за три месяца мы все стали родными. Реквизиторы, осветители был местные.

Мой Толик из Одессы. Мы просто подружились, а потом отношения начали обрастать и приобрели новый поворот. Произошел какой-то толчок, я не задумывалась над этим, а сейчас в голову идут лишь одни банальности, которые не хочется говорить…  Поняла, что он – свой, родной человек, но это уже чуть позже. Работали там мы круглые сутки – не до особых ухаживаний было… Времени, чтобы просто погулять, не оставалось. А привлек своей заботливостью, надежностью. И еще, что мой сын Савва сразу его принял – это тоже подкупило.

– Пофантазируем, карьера идет в гору…

Екатерина Порубель: Очень бы этого хотелось.

– …а у всех больших актрис личная жизнь, как правило, не удается – у одних детей нет, у других с мужьями проблемы.

Екатерина Порубель: Постараюсь совместить и работу, и семью, чтобы и там, и там был бы порядок. Уверена: можно найти  золотую середину. Вот сейчас Савва был со мной, не было же ощущения, что он заброшен. А если будет уж очень много работы, тогда от чего-то придется отказаться…

– Какой из смертных грехов самый страшный?

Екатерина Порубель: Убийство! К себе я его применить не могу. Никогда на это не пойду. А еще очень пугает зависть.

– Звездной болезни не боитесь? А то вас уже с великой Мордюковой сравнивают?

Екатерина Порубель: Ручаться за себя невозможно, но мне кажется, что я простой человек и вряд ли подцеплю эту бациллу. А что с Нонной Викторовной сравнивают – очень приятно. Хотя я не знаю, насколько это сравнение сейчас справедливо, мне трудно адекватно оценивать свою работу. Поживем-увидим…

Сергей Амроян