Влад Дёмин: русский Шварценеггeр

Телеканал РЕН начал показ нового детективного сериала «Хорошие парни», одну из главных ролей в котором наш сегодняшний собеседник.
 
После ярких ролей в фильмах «Боец», «Главный калибр», «Острог. Дело Федора Сеченова», Влада Дёмина  стали сравнивать с  Ван Даммом, называть русским Шварценеггeром. В сериал «Хорошие парни» Дёмина пригласили на роль капитана Медведева. По словам актера, его герой по характеру мало чем отличается от него самого... 
     
  — Владислав…

— Я Влад Демин, не Владислав, это мне напоминает советскую школу. А я хотел бы, чтобы мои имя и фамилия звучали, как две пули, которые попали в цель.

— Хорошо, а какой он, опер Андрей Медведев, в исполнении Влада Демина?

  — Я прочитал сценарий и понял, что мы с Медведевым очень похожи. Он где-то с ленцой, где-то с агрессией. На агрессию он отвечает двойной агрессией, если кто-то прав, он не обидит, если нет — держись.  Медведев очень неоднозначный персонаж. С одной стороны — большой и грубый, с другой, — смешной и беспомощный. Мне бы не хотелось, чтобы он был дубовым, как Терминатор. Хотя в первоначальной версии сценария он сильно на него смахивал.

- А в чем проявлялась его ленца?

- Он не ищет сложных путей, выбирает всегда те, что полегче…

- В сериале у вашего героя много драк?..

- Да, достаточно. Но на Украине (именно там проходили съемки) нет высококлассных постановщиков драк. Поэтому поначалу  мы с режиссером все драки ставили сами. Первая же потасовка была полита моей кровью. Травмы были жуткие. На следующий день я просто не мог встать. И я сказал, что второй бой будем снимать только с машиной «скорой помощи». На тот поединок смог выйти только после того, как врач сделал мне  обезболивающую «блокаду». Слава богу, к моим просьбам  прислушались, и вызвали из Москвы Александра Соловьева, каскадера и постановщика трюков, с которыми я уже работал на других проектах.

— Трюки стараетесь делать сами?

- Во-первых, сложно найти дублера, который бы соответствовал моей комплекции. Во-вторых, моя спортивная подготовка позволяет делать то, что не могут исполнить даже каскадеры. Мне нужен был партнер, который хорошо умеет делать отыгрыши — в киношной драке это самый важный элемент. Силу удара можно понять только по отыгрышу. Например, я бью, а мой партнер должен так отыграть, чтобы визуально можно было оценить силу удара. И все вокруг говорят: «Вот это да, вот это удар!»
Вообще, я считаю, что сам по себе жанр экшена в чистом виде был интересен где-то до 2000 года, теперь же зритель хочет видеть оригинальный сюжет. Даже если из «Хороших парней» выкинуть все сцены с драками, то фильм все равно будет интересен. Вот в таких лентах я хочу и буду сниматься.

— Влад, а спортом, когда начали заниматься?

  — Сколько себя помню, всегда занимался спортом и восточными единоборствами. Пластика и грация ушу – язык тела. А ведь это сродни театру, претензия на актерство. До занятий восточными единоборствами увлекался борьбой, боксом. Я родился в маленьком сибирском городке, и особо выбирать не приходилось. Там были лишь секции борьбы и бокса.

Потом мы с друзьями случайно узнали, что в наш город после долгого отсутствия вернулся тренер по ушу — очень титулованный и очень интересный человек. Он не собирался никого тренировать, но мы нашли его и упросили заниматься с нами.
Тогда только стали появляться фильмы Брюса Ли, Джеки Чана. Мы как завороженные смотрели на этих бойцов, конечно же, хотели научиться этому искусству. А тут такая возможность — приехал мастер… После двух месяцев тренировок с ним я занял второе место в Красноярском крае по стилю саньда — полный контакт и сел на шпагат.

— Как Ван Дамм?

-Нет. Сначала на простой шпагат. Для трюка Ван Дамма мне нужно было время, чтобы подготовить связки. Уже появились фильмы с его участием, и я тоже использовал их в своем обучении.

— Ну чему там можно было научиться — сидеть на шпагате?

— Это только вам там кажется, что был один шпагат. Удары, которые он делал в воздухе, и в прыжке в шпагате — таких ударов не делал никто. Это не классическое ушу.

— А разве это не киношные трюки?

— Нет. Это реальные удары. Но сегодня их уже повторяют все кому не лень. А родоначальниками такого кино можно считать Брюса Ли, Джеки Чана, уже потом появились Жан-Клод Ван Дамм и Стивен Сигал. Все остальные только повторяют за ними. Стивен Сигал — это новый, жесткий стиль в айкидо; Ван Дамм — растяжка, красота, внешность, грация мышц. У него все бои построены на демонстрации тела. Джеки Чан — это трюки, каскад погонь, клоунада, смешливость. Брюс Ли — сумасшедшая энергетика. Гортанные звуки — мяуканье Брюса - до сих пор никто не может воспроизвести.

- Вы пробовали? 

— Пытались многие, и я не исключение, но ничего не получилось. Глядя на таких крутых парней, мне тоже очень хотелось овладеть пластикой своего тела, довести его до совершенства. Но мы учились по стоп-кадрам. Благо на уроках физкультуры учитель не только поощрял наши увлечения восточными единоборствами, но и помогал нам, делая ставку на гимнастику и хорошую растяжку. Последние школьные годы я был чемпионом школы по гимнастике.

- Думали податься в профессиональный спорт?

- Нет, мне  просто очень хотелось всем показать грацию и красоту человеческого тела, и чего уж там - просто умение дать сдачи… 

- Родители не возражали? 

- Уже с 14 лет мои родители мне ничего не говорили, тем более, что с 15 лет я сам стал зарабатывать на жизнь. Но именно мама меня надоумила поступать в пединститут на отделение физического воспитания и начального военного обучения.

- Стипендии хватало?

- Да кто же живет на одну стипендию. Крутились… После окончания вуза я возглавил Федерацию рукопашного боя традиционного карате по всему Красноярскому краю. А вы себе представляете, что это была за сила?! В федерацию входили представители двенадцати городов края. В плохих руках все могло вылиться в мощную организованную бандитскую группировку. Поэтому меня как человека, возглавившего эту федерацию, компетентные органы рассматривали под увеличительным стеклом.
Со мной провели беседу, посмотрели биографию, что я заканчивал, не связан ли я с криминалом, сколько человек проголосовали за мою кандидатуру. Да - боксер, да - спортсмен. Но кого ж еще выбирать?

- А потом за вас принялись политики?

- Когда генерал Александр Лебедь организовывал партию «Честь и Родина»,  мне предложили сотрудничество. Я серьезный парень, с хорошими организаторскими способностями, наработанными за время работы в Федерации рукопашного боя. Почему же не привлечь его на благо Родины?

- То есть  вместо спортивной формы вы надели элегантный костюм?

- Да, я стал депутатом Законодательного собрания Красноярского края…

- И, как человек, который уже попробовал себя в качестве государственного мужа, решился стать человеком зависимой профессии — актером?

- Я просто в полной мере не реализовался как спортсмен, да и страсть к актерству всегда была в моей душе.

— С чего же вы решили начать путь к успеху?

— Тадеуш Касьянов, президент Всероссийской федерации рукопашного боя (Тадеуш Касьянов — один из основателей российского рукопашного боя. Постановщик боев в культовом советском фильме «Пираты ХХ века». - Прим. авт.) предложил мне поучаствовать в проекте «Пираты ХХ века-2», или "Пираты ХХI века". Я включился в работу, мы уже писали сценарий. Через продюсирование, через сценарную работу я шел к тому, чтобы стать актером…

- Ван Дамм по-прежнему был вашим кумиром?

- Нет. В кинематографе сменились лидеры и приоритеты. Кино стало более динамичным. Появились новые кумиры, например Джет Ли. Ван Дамм постарел. Стивен Сигал пополнел, погрузнел — работает только лицом. Его удары ногами полностью дублируются. Мы познакомились с Сигалом в Москве, и его внешний вид произвел на меня негативное впечатление.

- Старые кумиры ушли, на кого вы равняетесь теперь?

- Я уже пережил увлечение стилем и направлением. Меня  интересует, как работают такие великие актеры, как Аль Пачино, Роберт Де Ниро, тонкости профессии…

— С Аль Пачино не сделаешь стоп-кадр, актерству нужно учиться?

- Я начал читать много специальной литературы. После прочтения книги Александра Митты «Между адом и раем» я понял, что ничего не понимаю в актерской профессии, в искусстве кино. Меня потрясла эта книга. Кстати, перед тем как поехать в Киев на съемки «Хороших парней», еще раз ее перечитал и отметил для себя все, что может пригодиться мне для создания образа Андрея Медведева. В сериале наши герои по-настоящему хорошие парни, всем своим поведением они подчеркивают, что менты — совсем не те люди, которые только и делают, что беспробудно пьют, дым столбом-коромыслом. 

- А разве это не так?

- Образы ментов не должны быть такие дуболомные, какими часто показывают. Я к чему это говорю, чтобы дети не стремились подражать героям «Бригады» или «Бумера», наши герои должны быть им тоже интересны. Конечно же,  в «Хороших парнях» полюбят отрицательного героя Боксера, его сыграл Максим Дрозд — очень харизматичный человек. Своей работой мы разделим аудиторию на две части — добро и зло, но, несмотря на противоположности, вражды между ними нет.

- А кто из киношных ментов нравится лично вам?

- Мэл Гибсон и Дени Глоувер в «Смертельном оружии» или в фильме «Час пик» Крис Таккер и Джеки Чан — сумасшедшие персонажи.

- Не боитесь стать заложником однобокого образа: мента, бандита, специалиста по восточным единоборствам? Может быть, хотелось бы сыграть героя-любовника?

- А что, по-вашему, герой-любовник не может быть ни бандитом, ни ментом?

- Другими словами, штампов не боитесь?

— Да я хочу этих штампов. Хочу, чтобы люди знали, чего от меня ожидать. Влад Демин: о, сейчас будет интересно! Мне нравился типаж Рокки. В обычной жизни он — подкаблучник, а на ринге – звезда бокса. Интересный образ. И я хочу, чтобы зрители видели меня и понимали, что в моем герое они найдут и слабость, и жесткость сильного мужика.

- На что потратили гонорар от фильма «Хорошие парни»?

- Пол-Сибири кушают лаврский мед, все мои друзья получили в подарок замечательные иконы из мастерских Киево-Печерской лавры. Себе нечего значительного в Киеве не купил. Честно говоря, пока работаю не за гонорары, а на свое имя. И очень надеюсь, что лет через пять оно будет работать на меня.

Дмитрий Сергеев