В гостях программы «Временно доступен» Юрий Стоянов расскажет, как идут съемки фильма об ушедшем друге Илье Олейникове.
– Юрий Николаевич, вы как-то сказали, что у вас очень плотный график жизни. Вы к этому стремились?
– Если честно, я всю жизнь боролся с собственной ленью. Чтобы не дать расцвести этому пороку, нагружаю себя работой. Наше совместное дело ушло, но появилось много других. И слава Богу, что эта перезагрузка произошла. Сегодня живу на три города: в Питере – съемки документального фильма об Илюше, в Москве – дом и работа, а в Киеве – большой проект.
– Не страшно искать что-то новое в 56 лет?
– Нет. Меня недавно спросили, не боюсь ли я, что фильм об Илье не получится? Я ответил: а как может не получиться фильм о человеке, которого я любил? Хочу, чтобы это был не мемориал, а очень смешная история. Пусть Илюша снова заставит людей смеяться!
– Как вы думаете, что же они за люди, эти актеры?
– Представители счастливейшей профессии! Вдумайтесь, американский кинематограф, по сути, создал американскую нацию. В нем дух Америки, который отсутствует в самой Америке. В этом регламентированном, пуританском обществе существует другая реальность, по которой мы и судим о стране и к которой так стремятся сами американцы. Я не могу ударить шефа по морде, потому что за это дадут 25 лет тюрьмы. Я не могу посмотреть на ножки секретарши, потому что за это увольняют и сажают на 10 лет. Я не могу плюнуть полицейскому в лицо, если он подонок. Я ничего не могу! И только в кино сильные красивые ребята всех мочат, любят искренне, ненавидят тотально, и за это им ничего не бывает.
– Никогда не закрадывалось сомнение: может, зря стал актером? Все-таки за 18 лет в БДТ только одна главная роль – Амадеус…
– Ни разу. С театром… Ну, как сложилось, так сложилось. Надо было что-то делать самому. У меня была гитарка. Она помогала выживать. Я ездил по клубам, красным уголкам, выступал в обеденные перерывы в универмагах, на заводах.
– А если бы в Питере сразу были громкие роли?
– Сложилось бы у меня в театре, боюсь, я бы успокоился и решил, что это и есть моя жизнь. Я очень люблю своих друзей, которые остались в БДТ. Но это был не мой путь.