Недавно стало известно о съемках новой 40-серийной медицинской драмы «Практика». Мы тут же отправили корреспондента Дарью Мазуркину на съемочную площадку, чтобы разузнать, о чем будет сериал, и поговорить с главными действующими лицами.
Государственная больница в Туле. Хирургическое отделение. Здесь не хватает хороших специалистов, и скорейший приезд Ильи Анатольевича Соколова, кандидата наук из Москвы, становится ожидаемым событием. Однако по пути доктора Соколова грабят, он попадает в больницу, а грабителя принимают за того самого перспективного врача, который тем временем лежит в соседней палате. Так начинается сериал «Практика», над которым сейчас работает студия «ДТ Продакшн».
Сюжет закручивается на противоборстве двух сильных личностей: московского доктора Соколова (Эльдар Лебедев) и тульского врача Евгении Королевой (Ксения Лаврова-Глинка). Женщина метила на место главы отделения, а теперь ей приходится слушать столичного светилу, который намерен внедрить в коллектив жесткую дисциплину и свои правила. Что будет дальше — война, сотрудничество, любовь?
И откуда вообще взялся этот загадочный Соколов? В больнице ходят слухи, что он приехал: а) из-за смерти пациента, б) из-за несчастной любви, в) из-за собственной гордыни…
На съемках, похоже, царит такая же дисциплина, как если бы процессом руководил доктор Соколов. Медсестра Галина (Ольга Чудакова) пытается накормить обедом больную анорексией. Хрупкая девушка не принимает пищу: ее тошнит. Проследить за лечением приходит доктор Королева, за ней подтягивается главный оппонент — доктор Соколов. Тем временем у медсестры Галины роман с мужем Королевой, которая так увлеклась медицинской практикой, что ничего вокруг не замечает.
В перерыве между съемками мы побеседовали со звездами сериала: Эльдаром Лебедевым, Ксенией Лавровой-Глинкой и Ольгой Чудаковой.
— Вам нравится, как проходят съемки?
Эльдар Лебедев: В самом начале (это мое личное мнение) мы очень настороженно относились к больничной теме. От меня персонально тема медицины всегда была очень далеко. Я ничего не понимал, и мне было тяжеловато. Я боялся крови, болезней. Когда впервые зашел в операционную, подумал: «Ой, мама дорогая! Тут же режут настоящих людей!» Казалось, что тут столько боли и несчастья. Но буквально через два дня из нас полез такой черный юмор, которого я, если честно, не ожидал. Всем стало спокойно. Могли даже прилечь лечь на операционный стол отдохнуть.
Ксения Лаврова-Глинка: Мы ведь снимали в настоящей операционной, в настоящем приемном покое, и периодически останавливаясь, когда привозили людей, поступивших по скорой помощи. Только недавно съемки перенеслись в павильон. А поначалу все было по максимуму приближено к реалиям клиники.
Ольга Чудакова: Степень ответственности меняется: когда ты находишься не в павильоне, где все построено, а в настоящей больнице, где мы вынуждены прерываться, потому что везут тяжело больных, с пиететом начинаешь относится к людям, выбравшим для себя профессию врача.
Ксения Лаврова-Глинка: Эльдар правильно сказал: начинаешь проще относиться к теме больницы, которая, в принципе, тема нежеланная. Кажется, теперь мне легче самой ходить по врачам.
Эльдар Лебедев: Да, мы увидели больницу с обратной стороны. Увидели, что там тоже люди, и они не враги тебе. У меня всегда врач (а уж тем более хирург) ассоциировался с болью. А сейчас — со спасением.
Ольга Чудакова: Для этого мы и снимаем. Показываем, что устраняются не только болезни, повреждения, раны, а что есть и душевное спасения.
— Сюжет основан на конфликте двух враче.
Ксения Лаврова-Глинка: Поначалу да. Но ведь в сериале сорок серий. Представляете, какой зигзаг делают отношения всех-всех героев? Несколько раз они диаметрально меняются.
— Вам близко такое поведение героини? Вы бы стали «воевать» с новым врачом?
Ксения Лаврова-Глинка: Нет, не близко. Я не сравниваю себя с героиней, не идентифицирую. Я слава Богу, пытаюсь сохранить моральное здоровье и никаких параллелей со своими персонажами провожу. И слава Богу. Достаточно, что персонаж взял у меня тело, лицо и голос. Все остальное — только его.
— Вы многое узнали о работе врачей во время съемок. Стали разбираться в медицине?
Ольга Чудакова: Конечно. Уколы только так засандаливаем, капельницы ставим… Я, например, узнала, что такое пневногемоторакс!
Эльдар Лебедев: Меня многое удивило. Например, понятие стерильной и нестерильной зоны. Для меня это было открытие. Оказывается, над операционным столом стерильно, а под столом — уже нет. Руки опускать ниже пояса нельзя, почесаться нельзя — нужно кого-то попросить, чтобы это сделали. Процедура подготовки к операции устанавливалась веками. В этом есть определенное волшебство, таинство и божественный смысл.
Дарья Мазуркина