Сайлас Уэйр Митчелл, сыгравший Монро в мистическом сериале «Гримм», который стартовал на канале СТС, рассказал о том, что его персонаж вовсе не тот, кем кажется, почему пришлось использовать компьютерную графику вместо грима и кто из монстров ему понравился больше всего.
— Сейчас на телевидении и в кино можно увидеть много проектов, основанных на сказках. Почему, на ваш взгляд, людей привлекает такая тематика?
— Я думаю, что в основе сказок лежат мифы, которые являются важной частью человеческой жизни. Кто-то может сказать, что мы интересуемся такими историями из-за жестокости нашего времени, но мне нравится идея о том, что все в мире повторяется, и просто мы в очередной раз обращаемся к вечным сказочным мотивам. Людям всегда будут любопытны мифы, в какой форме их бы им ни представляли.
— Ваш персонаж Монро имеет все шансы стать любимчиком зрителей и, похоже, станет участником главных сюжетных линий сериала. Вам нравится ваш персонаж?
— Я люблю сериал «Гримм» за его непредсказуемость. Здесь нельзя быть уверенным в том, что ты видишь перед собой. Знаете, есть поговорка: если что-то выглядит, как утка, крякает, как утка, то это и есть утка. В «Гримм» же это не так. У нас за стандартными полицейскими расследованиями скрыты мистические преступления, за обычными людьми — страшные монстры. Точно так и Монро: он не тот, кем кажется. Он вроде бы тихий парень-ботаник, который стремится жить, как обычный человек, но в его биографии есть темные места. Мой герой из тех людей, которые существуют в двух мирах одновременно.
— Тяжело ли было примерять на себя образ Потрошителя? Его создавали гримеры или все-таки это компьютерная графика?
— Да, в сериале очень много графики. Мы пытались в каких-то эпизодах менять внешность с помощью грима, но пришли к выводу, что это пустая трата времени. Вернее, не пустая: в гриме образ монстра выглядит правдоподобнее, но, чтобы его создать, уходило слишком много времени.
— Кто из монстров понравился вам больше всего?
— О, это трудный вопрос: в нашем проекте было несколько выдающихся актеров. Лично мне очень нравится Брэд Хенке: у него получился просто замечательный Потрошитель. Сильное впечатление произвел на меня и Нетопырь из серии, основанной на древнем испанском поверье. Ему создали невероятно впечатляющий образ!
— А как для этих существ подбирались имена?
— Я думаю, для сценаристов выбор имен для этих монстров был особым удовольствием. За основу брались немецкие сказки, но ведь общие мифические сюжеты есть в разных культурах, так что в итоге получался микс из европейских и азиатских названий.
— В процессе работы в сериале вы выучили немецкий язык?
— Я владею французским, немного итальянским, а на съемках сериала «Гримм» выучил кое-что из немецкого. Но на полноценную учебу просто не было времени. Сейчас я, конечно, знаю его гораздо лучше, чем когда-либо, однако поддержать беседу вряд ли смогу, так как понимаю только отдельные фразы и слова.
— У вас был репетитор по немецкому языку, который ставил произношение слов и фраз?
— Произношение как раз давалось легко, а вот немецкие глаголы очень сложные. Я, например, совсем не разбираюсь в условном наклонении, не знаю, как сказать «я хотел бы» по-немецки… Знаете, в каждом языке есть десяток глаголов, разные формы которых надо знать наверняка, вроде «хочу», «могу», «имею». Если вы с этим справились, значит вы сможете хоть как-то общаться. Так вот, их немецкие глаголы по-прежнему покрыты для меня мраком.
— В 13-й серии первого сезона появляется Адольф Гитлер, который превращается в Шакала. Это единственный исторический персонаж в «Гримм»?
— Вообще-то он вроде превращался в Потрошителя. Или нет?.. Это, кстати, проблема, которая меня бесит: иногда реально невозможно сказать, кем становится тот или иной персонаж. Мне кажется, то, что некоторые события выведены на более глобальный уровень, — классная фишка нашего проекта. Вы увидите, как в сериале какие-то исторические события объяснены с точки зрения Вселенной Гримм. То есть вы раньше знали, что для произошедшего были свои исторические причины, а мы покажем вам, что на самом деле это случилось совсем не поэтому. И это мне очень нравится в «Гримм».