Михаил Галустян научился летать и объелся сладкого

01.03.2012

В Москве состоялась премьера комедии с Михаилом Галустяном «Тот еще Карлсон». На этот раз актер предстал в образе летающего человечка из Страны метриков, который появится для того, чтобы спасти детство типичного современного ребенка, окруженного не друзьями, а различными техническими игрушками. Работал над картиной режиссер Сарик Андресян, снявший ремейк «Служебного романа».

«Вокруг ТВ», побывав на съемочной площадке «Карлсона», расскажет своим читателям, как делалось это кино.

У фильма долго не было названия. Создатели картины предпочитали называть его «Безымяный проект с Михаилом Галустяном», хотя на хлопушке с первого дня съемок значилось «Тот еще Карлсон». Видать, с авторскими правами были проблемы — экранизация знаменитой книги Астрид Линдгрен дорого стоит.

Но именно Карлсон  вдохновлял сценаристов новой ленты.

И хоть создатели фильма утверждают, что их картина — это не ремейк известной всем истории, избежать сравнений со сказкой Линдгрен невозможно. Судите сами: герой Галустяна ростом всего один метр, он ходит в клетчатом комбинезоне, живет на крыше, остается в душе ребенком, несмотря на свои 300 лет, и безумно любит сладкое… А еще лучший друг человечка — семилетний мальчик по имени Малыш.

В роли сказочного летающего человечка режиссер видел только Михаила Галустяна, потому что этот актер ассоциируется с юмором, и его очень любят дети.

Фильм начинается с того, что в семье Малыша беда: разводятся родители. Чтобы отвлечь ребенка от своих проблем, они окружают его разными игрушками, но совсем не уделяют ему внимания. И тут появляется сказочный человечек,  который учит Малыша дружить, играть, шутить, хулиганить — словом, быть настоящим ребенком.

Фильм получился высокотехнологичным. Так как герой должен был быть ростом с семилетнего Малыша, Михаила Галустяна пришлось  «уменьшать» на компьютере. Правда, в некоторых сценах (там, где в кадр попадали лишь отдельные части тела, или на дальних планах) в роли человечка снимался лилипут. Но самая сложная часть съемок — это полеты. Их снимали в павильоне на зеленом фоне. Михаила Галустяна подвешивали на тросы, и на них он часами парил в воздухе.

На то, чтобы научиться естественно летать, у актера ушло более двух недель.

Один из съемочных дней проходил в элитном пентхаусе на Мосфильмовской улице. Здесь по сценарию живет герой Гоши Куценко. Вместе с Александром Олешко они играют главных злодеев.

Слово режиссеру:

— Так как это семейная детская сказка, то у нас условно отрицательные герои, то есть они вроде отрицательные, но мы все равно их любим, проникаемся к ним жалостью. Александр Олешко и Гоша Куценко играют у нас двух друзей, которые хотят обмануть отца Малыша, но из-за того, что они ребята недалекие, у них ничего не получается.

Осмотрев интерьеры квартиры, найденной для съемок по объявлению, Куценко шутит:

— Я даже представляю, что здесь было до нас… — после чего изображает характерные эротические звуки.

Поздний вечер, но на площадке многолюдно. Хотя и снимают не ключевую сцену, в ней задействовано сразу несколько основных героев, в том числе и Михаил Галустян с Малышом.

— Может быть, вместо воды налить алкоголь, — предлагает актер, разглядывая реквизит. — Логичнее же будет, что я сижу дома, разговариваю по телефону и что-то выпиваю.

Но нет времени искать алкоголь, поэтому решают оставить воду.

— А дайте мне кто-нибудь телефон, — просит он, — а то моя «Нокиа» не очень хорошо выглядит.

Приличный телефон находят на площадке, а реплики придумывают прямо во время съемки. Причем придумывает их сам Куценко.

— Я тут услышал фразу: «Купи себе значок, что ты не дурачок». Давайте ее тоже используем, — предлагает актер.

Все соглашаются. Снимают практически с первого дубля.

— Учитесь, как надо работать! — гордится Куценко.

Правда, звукорежиссер портит всеобщую радость: какие-то неполадки со звуком, и надо перезаписать реплику.

Пока проблему решают, на площадке появляется лилипут. Ему предстоит сняться всего в одном кадре: вытащить бумажник из кармана висящего пиджака. Но это чуть позже, пока же надо немного изменить интерьер. Декораторы спешно переставляют мебель. Совещаются, как лучше расставить свечи, заглядывают в мониторы, чтобы понять, как реквизит смотрится в кадре. Со своей задачей маленький актер справляется мгновенно. Теперь остается ждать Галустяна…

Он появляется, одетый точно так же, как и его дублер. И сразу начинает с шуток:

— Ты похож на Виторгана, — обращается он к Куценко.

— Ну спасибо… А ты похож на… — актер задумывается.

— Я несравненен!

— …на Лию Ахеджакову!

Так и проходит весь съемочный процесс — в шутках и дружеских уколах в адрес друг друга.

У Галустяна сегодня простая задача: надо появиться рядом со стеллажом и украсть запонку. Сложность одна: сделать это надо смешно, не произнеся при этом ни слова. Михаил Галустян умеет быть смешным: он так гримасничает, что даже режиссер не в силах сдержать смех.

Взяться за «Карлсона» после критики  ремейка «Служебного романа» — смелый шаг, но продюсер картины Георгий Малков («Служебный роман. Наше время», «ПираМММида», «Беременный»)  все-таки верит в успех:

– Мы решились на очень серьезный технологический эксперимент, чтобы переманить зрителя, привыкшего к американскому кино. Критики не боимся. Раньше думали, что это черта только русской критики — все ругать, но оказалось, что в европейском кино все точно так же. Для нас ценнее зрители, а им понравился «Служебный роман». И мы уверены, что новый фильм тоже понравится. Мы взяли всех народных любимцев в это кино: Нонну Гришаеву, Александра Олешко, Игоря Верника, Дмитрия Хрусталева… Да и как может не понравиться зрителю картина с хорошей историей, хорошими шутками и хорошими актерами? Ну а критика… Она по-прежнему считает, что российское кино должно быть агитационным, социально значимым — каким угодно, только не зрительским. У нас к этому отношение совсем другое.

Юлия Шершакова

Разместил(а) sergy