Джейк Джилленхол: «Приходить и уходить надо с улыбкой»

Научно-фантастический триллер Дункана Джонса «Исходный код» – захватывающая история о новых технологиях, которые позволяют людям возвращаться в прошлое и предотвращать теракты и катастрофы. «Путешественник во времени», бывший военный летчик Колтер Стивен (Джейк Джилленхол), не привык рассуждать: он послушно выполняет приказы руководства и не задумывается о том, почему одних людей «оживляют», а других оставляют умирать. Но однажды Стивен понимает, что влюблен в девушку, которой суждено погибнуть во время крушения поезда (Мишель Монахэн), и впервые решается на бунт…

Исполнитель главной роли Джейк Джилленхол рассказал о выборе режиссера, о съемках фильма и о том, кем бы он сам мог стать в альтернативной реальности.

– Джейк, как вам удалось уложить в голове научную концепцию, которая лежит в основе сюжета? Вы были уверены, что ее смогут понять зрители?

– В этом фильме интересно то, что зритель и герой продвигаются параллельно, узнают обо всем одновременно. Вы видите все происходящее глазами Колтера. Мне, прежде всего, нужно было, чтобы концепция была логичной, осмысленной, чтобы лично я смог в нее поверить. Сюжеты фильмов иногда граничат с абсурдом – помните, например, «21 грамм»?

– Ваш герой – пилот американской армии. В его поведении проявляется менталитет военного?

– Да, он прошел очень серьезную подготовку, его научили тому, что в критической ситуации нужно доверять не инстинктам, а приказам. Инстинкты все же пытаются вмешаться, интуиция кричит: «Не делай этого», – но он знает, что таков приказ, и продолжает делать. Он знает, что должен слушаться Кэрол Гудвин, хотя на подсознательном уровне ей не доверяет…

– А вы как актер руководствуетесь интуицией? Например, при выборе проектов?

– Конечно. Например, сценарий «Исходного кода» мне понравился, но я чувствовал, что потенциал этого фильма не сможет раскрыться полностью без подходящего режиссера, который будет внимательно относиться к актерам и их персонажам. Очень часто переизбыток захватывающих, напряженных моментов в триллере «затемняет» личность героя. И когда меня спросили, кого я считаю самым подходящим режиссером, я, не задумываясь, ответил: Дункана Джонса. Это было интуитивное решение и, по-моему, верное. И я был счастлив, что он согласился! На съемочной площадке Дункан чем-то напоминает Энга Ли – тихий, спокойный, немногословный. Можно подумать, что английский – не его родной язык, хотя это не так…

– А как же Ричард Келли? О нем вы не подумали?

– Ну что вы, я всегда о нем помню! Но мне казалось, что он не захочет в этом участвовать, потому что любит снимать по своим собственным сценариям. Я бы с удовольствием снялся еще в каком-нибудь фильме, который он напишет сам – он делает удивительные, ни на что не похожие вещи…

– Как вы считаете, чем бы мог заниматься «другой» Джейк Джилленхол, живущий в параллельной реальности?

– Я не очень люблю фантазировать на такие темы… Все, что со мной происходило, – победы, поражения, сожаления, – стало ценными уроками. И я не хотел бы ничего менять. Ну ладно, предположим, прямо сейчас я бы мог принимать участие в Лос-анджелесском марафоне. И в параллельной реальности я бы победил!

– Наверное, вновь и вновь проигрывать вариации восьмиминутной сцены в замкнутом пространстве поезда было очень сложно и утомительно?

– Да нет, мне понравилось. Отличное упражнение! Примерно то же самое было с бюджетом. Когда у тебя не слишком много денег на то, чтобы снять определенные вещи определенным образом, это точно такое же ограничение. Дункан принял отличное решение – не показывать отца, заменить изображение человека записью голоса. Исходные коды мы представили в виде глав книги: у каждой из них есть название и особое назначение. Первая глава условно называлась «Полная неразбериха», вторая – «Имитатор». В «Имитаторе» я мог творить все, что угодно, и Дункан постоянно повторял: «Давай, еще безумнее! Не ведись ни на чьи вопросы!». В каждом из отрывков была своя история, и в пределах каждой истории мы могли импровизировать. Мишель играла с подсознанием зрителя, варьируя мелкие, почти незаметные детали, ну а мне достался сознательный уровень.

– Вы часто отклонялись от сценария?

– Сценарий с самого начала был очень крепким и плотным. Но когда в проект пришли Мишель и Дункан, он начал меняться. Больше всего вопросов у нас вызывала любовная линия – особенно нас волновало, насколько масштабный выбор мой герой делает в финале. По сути, он проделал путь от парня, который не может позвать девушку выпить кофе, до парня, который может это сделать (Смеется). После того как мы с Дунканом увидели Мишель в «Поцелуе навылет», мы хором сказали: «Вот такая Мишель нам и нужна». В этом фильме она просто великолепна. Она всегда готова к импровизации, и мы использовали эту ее способность на полную катушку! Так что отклонений от сценария было довольно много, но если бы он с самого начала был не таким качественным, ничего бы не получилось.

– «Исходный код» заставил вас задуматься о том, что бы вы сделали, если бы вам оставалось жить меньше минуты?

– Ирония заключается в том, что я посмотрел смонтированный фильм как раз тогда, когда начались все эти события в Японии. И рекламировать его в эти дни было почти кощунственным. Я постоянно об этом думаю. Когда я ехал сюда, по радио объявили, что Лос-Анджелес должен быть готов ко всему… А на пресс-конференциях меня постоянно спрашивают, что бы я сделал, если бы мне оставалось жить 8 минут!

На самом деле, я хотел бы, чтобы такая компьютерная программа, как в фильме, существовала на самом деле. Было бы здорово, если бы 12-летний ребенок посмотрел его и сказал: «Когда вырасту, обязательно изобрету такую же машину!». Я бы хотел, чтобы «Исходный код» вдохновил людей на новые открытия и чтобы в будущем люди смогли переселяться в чьи-то тела, чтобы предотвратить страшные катастрофы. А если бы мне оставалось жить меньше минуты, наверное, я бы позвонил своим родным и постарался сделать так, чтобы все от души посмеялись. Приходить и уходить надо с улыбкой!

Перевод Анастасии Воиновой

По материалам сайта wegotthiscovered.com